БУНТАРСКИЙ ХАРАКТЕР РАННЕЙ ЛИРИКИ В. В. МАЯКОВСКОГО

БУНТАРСКИЙ ХАРАКТЕР РАННЕЙ ЛИРИКИ В. В. МАЯКОВСКОГО

1 вариант

В. Маяковский начал свой творческий путь в литературной группировке кубофутуристов и совсем скоро стал самым известным среди них, их организатором и главой.

Вскоре после литературного дебюта, состоявшегося в 1912 году, исключительная одаренность сделала его одной из центральных фигур всей русской литературы 10-20-х годов XX века.

Вхождение В. Маяковского в литературу было бурным и стремительным. Ранние стихи поэта выражают резкое неприятие действительности. Поэзия В, Маяковского этого времени наполнена бурным протестом против всего мироустройства: социальных контрастов современной урбанистической цивилизации, традиционных взглядов на прекрасное и поэзию, представлений о Вселенной и Боге.

В. Маяковский использует воинственно изломанный, грубый, стилистически сниженный язык, контрастно оттеняющие друг друга поэтические образы (“любовь на скрипки ложите”, “ноктюрн… на флейте водосточных труб”). Так поэт выражает свое неприятие “усредненного” литературного языка, стертых поэтических штампов.

Протест героя ранней лирики В. Маяковского направлен против враждебной ему толпы. В этом смысле очень показательно стихотворение “Нате!”. В нем говорится об обывателях, чьи главные черты – сытость, вещизм (“вы, мужчина, у вас в усах капуста”, “вы, женщина… смотрите устрицей из раковины вещей”), толпу он называет “стоглавой вошью”.

Протест В. Маяковского вызывала война. Очень характерно, что в памфлете “Вам!”, написанном всего через полтора года после вышеупомянутого стихотворения, поэт обличает уже не обывателя вообще, а тех, кто наживается на войне:

Знаете ли вы, бездарные многие,

Думающие, нажраться лучше как, –

Может быть, сейчас бомбой ноги

Выдрало у Петрова поручика?

Страстный протест против войны нашел яркое отражение в стихотворении “Война объявлена” – первом стихотворении, в котором воплотились его антивоенные настроения. Оно прозвучало резким диссонансом по отношению к обильной продукции поэтов – “войнопевцев”, все стихотворение проникнуто ощущением кровавого ужаса (“ас запада падает красный снег сочными клочьями человеческого мяса”). Патриотические возгласы опьяненной военным пылом толпы он прямо именует “звериным криком”. Поэт показывает войну как трагедию – мучения искалеченных солдат и горе их близких. Вспоминая об этом времени в стихотворении “Германия”, он имел право сказать:

Я

От первых дней

Войнищу эту проклял,

Плюнул рифмами в лицо войне.

В стихотворении “К ответу!” поэт рассматривает войну как народное бедствие, как посягательство на счастье и жизнь людей, как оболванивание человека:

Гремит и гремит войны барабан.

Зовет железо в живых втыкать.

Из каждой страны

За рабом раба

Бросают на сталь штыка.

За что?

В стихотворении звучит прямой призыв к отпору насилию:

Когда же встанешь во весь рост,

Ты, отдающий жизнь свою им?

Когда же в лицо им бросишь вопрос:

За что воюем?

В ранней лирике В. Маяковского звучит мощный протест против серости, обыденности, в чем бы она ни проявлялась, против толпы и мощного средства ее самоутверждения – насилия. В этом протесте выражается большой социальный темперамент поэта, его чувство ответственности за все происходящее в мире.

2 вариант

Как и всякий большой художник, В. Маяковский вошел в литературу со стремлением ниспровергнуть старое и утвердить новое. При этом ниспровержение старого было демонстративным, а жажда незнаемого, дерзкий вызов – по-юношески заостренными. Ранняя лирика В. Маяковского – бунт против устоявшихся норм во всех сферах жизни и литературы.

Вхождение В. Маяковского в литературу было скандальным. Ему улюлюкали, он вызывал на себя потоки брани и издевательств. Критики, журналисты, репортеры скандальной хроники захлебывались от негодования, со страниц газет призывали полицию на выступления В. Маяковского и его товарищей – футуристов. Желтая кофта, в которой юный поэт появился на эстраде, сыграла роль красной тряпки, приводившей в ярость снобов и охранителей старых вкусов. Он же был нарочито груб и антиэстетичен.

Бунт раннего В. Маяковского проявлялся в эпатаже – стремлении привлечь к себе внимание, отталкивая, в нарочитом и ненужном ниспровергательстве. Например, стихотворение “Несколько слов обо мне самом” начинается такой фразой: “Я люблю смотреть, как умирают дети”. Кто же не откликнется на столь чудовищный, бесчеловечный стих! Но за эпатажем В. Маяковского скрывалось отчаяние, острое одиночество, которое можно было в жизни прикрыть дерзостью и бравадой, но в стихах оно проявлялось:

Время!

Хоть ты, хромой богомаз,

Лик намалюй мой в

Божницу уродца века!

Я одинок, как последний глаз

У идущего к слепым человека!

Это исступленный крик одинокой души, которая бьется в тисках противоречий, ища выхода то в грубом антиэстетизме и наговоре на себя, то в богоборчестве (“Бога раскрыть отсюда до Аляски”), то в борьбе против старого искусства.

Ранняя поэзия В. Маяковского наполнена бунтом против всего мироустройства: социальных контрастов современной урбанистической цивилизации, традиционных взглядов на прекрасное и поэзию, представлений о Вселенной, рае и Боге.

В. Маяковский использует воинственно изломанный, грубый, стилистически сниженный язык, контрастно оттеняющий традиционные поэтические образы: “любовь на скрипки ложите”, “ноктюрн… на флейте водосточных труб”.

Лирический герой, эпатирующий обывателя резкостью, ломкой языка, богохульством, остается романтиком, одиноким, нежным, страдающим, чувствующим ценность “мельчайшей пылинки живого”. Вершинным проявлением бунтарского характера лирики В. Маяковского стало революционное время. Стихи этого периода проникнуты победительным пафосом отрицания. Поэт лихорадочно закликает с угрожающей воинственностью и самоуверенностью:

Мы разливом второго потопа

Перемоем миров города.

Стодюймовками глоток

Старое расстреливай!

Бросьте! Забудьте,

Плюньте

И на рифмы,

И на армии,

И на розовый куст,

И на прочие мирихлюндии

Из арсенала искусств.

Вечное бесповоротно превращается в прошлое и в упор расстреливается из оружия новых видов, потому что для В. Маяковского “революций нет без насилия”. Отринуты “римское право и какие-то еще права”. Разумеется, все это далеко от традиций русской литературы, которые разрушаются на наших глазах.

Творчество В. Маяковского до сих пор вызывает немало споров, однако вклад поэта в мировую литературу неоспорим. Поэтическое мастерство, новаторство в области ритмики, метафорического и интонационного строения стиха – эти черты открыли путь поэтическому искусству XX века.

БУНТАРСКИЙ ХАРАКТЕР РАННЕЙ ЛИРИКИ В. В. МАЯКОВСКОГО
Server: 21.36MB | MySQL:26 | 0.579sec